В мире Политика Политика и общество

Трамп, Путин и христианство

16 июля 2018 г. в Хельсинки состоялась встреча президентов Владимира Путина и Дональда Трампа. К этому событию, значение которого сложно переоценить в условиях геополитического противостояния США и России, было приковано внимание политических и интеллектуальных элит всего мира. Довольно интересно посмотреть, как католические СМИ оценивают переговоры двух мировых лидеров, и какие бонусы пророчат Ватикану от Хельсинкской встречи.  Аналитический центр святителя Василия Великого предлагает перевод статьи Массимо Фаггиоли «Трамп, Путин и христианство. Молитвенная встреча в Бари и саммит в Хельсинки», опубликованной в электронном католическом издании La Croix 9 июля 2018 г. Положения статьи могут не совпадать с позицией Центра. 

Президент России Владимир Путин и Президент США Дональд Трамп в Хельсинки, 16 июля 2018 г.

Бари и Хельсинки – два разных города, ставших центрами двух международных событий. Они оба важны для понимания сложности современной церковной геополитики.

Во-первых, южный итальянский город Бари. Именно там в прошлую субботу, 7 июля, папа Франциск созвал беспрецедентную экуменическую встречу с лидерами церквей и христианских общин Ближнего Востока.

Выбор места был обусловлен той ролью, которую Бари играет как важный экуменический мост для христиан Востока и Запада.
Пристанище для мощей Святителя Николая Чудотворца стало одним из важнейших мест паломничества для членов Русской Православной Церкви. Императорская семья Романовых возвела здесь церковь, начав строительство в 1913 году. Храм находится в собственности Московского Патриархата с 2012 года.

Во время этой экуменической молитвенной встречи, которая прошла в Бари в минувшие выходные, папа осудил безразличие и цинизм, проявляемое на мировом уровне в отношении бедственного положения христиан на Ближнем Востоке. В то же время он также предостерег, в том числе христиан, от соблазна использовать религию для продвижения националистических и этнических идеологий.

В Бари пап Франциск вновь выступил за решения путем переговоров между израильтянами и палестинцами.
Он повторно озвучил многолетнюю позицию Святого престола о том, что Иерусалим остается «городом для всех народов, уникальным и священным городом для христиан, евреев и мусульман во всем мире», городом, «статус-кво которого требует уважения, как это было определено международным сообществом и о чем неоднократно просили христианские общины Святой Земли».

Хельсинки — еще один город, сыгравший в прошлом столетии важную роль в истории отношений между Востоком и Западом. Именно здесь, в финской столице, президент США Дональд Трамп и Президент России Владимир Путин намерены встретиться 16 июля для переговоров в формате тет-а-тет.

Хельсинки сыграли уникальную роль в выработке позиции Церкви к геополитике отношений России и Соединенных Штатов в XX веке.
1 августа 1975 года, лидеры первых 35 стран собрались в Хельсинки и подписали «Заключительный Акт» конференции по безопасности и сотрудничеству в Европе (ОБСЕ).

Позиция христианских церквей, и Католической церкви в частности, имела ключевое значение для обеспечения того, чтобы религиозная свобода была включена в область защиты прав человека. Это был фундаментальный вклад в обеспечение стабильного мира в Европе, который означал также и мир между Соединенными Штатами и Россией.

Вовлеченность Ватикана и других церквей в процесс формирования ОБСЕ стало кульминацией политического участия христианских лидеров в строительстве мирной Европы после Второй мировой войны.

Оно было неотъемлемой частью Восточной политики Святого престола, которую впервые инициировал папа Иоанн XXIII, а затем утвердил Второй Ватиканский Собор.

Это была дальновидная стратегическая и дипломатическая попытка сохранить определенные условия, которые бы защитили существование католиков за железным занавесом в коммунистической Европе. Также это было экуменическое мероприятие с участием некатолических церквей в Европе.

Западные спецслужбы изначально рассматривали Восточную политику как бесхитростную и опасались, что коммунисты будут использовать ее в качестве троянского коня.
Однако в 1970-е годы Святейшему престолу удалось черным по белому установить руководящие принципы защиты прав человека.


Эти принципы были одобрены в Хельсинки и продвигались церквями и демократическими движениями, действующими в странах Варшавского договора вплоть до падения Берлинской стены в 1989 году.

Это было время, когда церкви были сильно привержены интернациональному мировоззрению, в основе которого лежало убеждение, что у них не будет будущего без экуменического и глобального охвата.

Такой подход означал определенное дистанцирование от национализма европейских церквей (католической, протестантской и православной) первой половины XX столетия, приведшего ко Второй мировой войне.

Трамп и Путин встретятся в Хельсинки в обстановке, кардинально отличающейся от 1975 г.
Не принимая во внимание тот факт, что оба лидера широко известны как поборники прав человека, встреча важна в контексте выстраивания отношений с церквями каждого из них.

Существуют христиане, которые аплодируют Трампу и Путину за то, что они оказывают политическую помощь христианам, которые гонимы в действительности (особенно на Ближнем Востоке) или в чьем-то воображении (например, в Соединенных Штатах).

Это не вызывает удивления, учитывая интеллектуальную и политическую бесполезность либеральной оппозиции Трампу и Путину относительно вопроса о роли религии в публичной сфере.

Это является частью нового мира глобализованной религии, где вопрос о религиозной свободе составляет неотъемлемую составляющую кризиса международного порядка.
Религиозное насилие бросает христианам вызов, который был совершенно неожиданным для Католической церкви в 1960-х и 1970-х годах. Но религиозная свобода редко бывает связана с правами человека. Религиозная свобода существует только для тех, кто имеет ресурс защищать ее, часто в ущерб другим религиозным группам.

В этом смысле, Трамп и Путин рассматривают Церкви как идеологический и политический инструмент, используемый против внутренних и внешних врагов, создавая в глазах своих сторонников имидж защитников веры наподобие Императора Константина.

Там, где белые евангелисты (и некоторые белые католики) благословляют изоляционистскую программу Трампа “Америка прежде всего”, существует Русская Православная Церковь и ее “Русский мир”, которые обеспечивают недостающую духовную и интеллектуальную составляющую неоимпериализма Путина и русской мягкой силы.

Все это, разумеется, имеет экуменические последствия. Например, усилия Ватикана по поддержанию теплых отношений одновременно с православными лидерами России и Константинополя осложняются прочными связями Московского Патриархата с Путиным.
Есть и межрелигиозные последствия. Стоит лишь взглянуть на напряженный обмен мнениями между Польшей и Израилем по поводу нового польского закона, запрещающего обвинять польский народ в преступлениях, совершенных нацистской Германией.

В нынешней ситуации, Папа Римский Франциск явно защищает политическое значение церкви в мире, как это предусмотрено II Ватиканским собором и Восточной политикой. Именно церковь должна отвергать искушение использовать политическую власть и быть ею использованной как в геополитических целях, так и локально, поскольку сила Церкви в Христовом Кресте, а не в мече.
Но Франциск имеет дело с мировым без-порядком, который очень отличается от мира, с которым пришлось иметь дело другим папам после Второго Ватиканского Собора.

Сочетание геополитических последствий «мести Бога» (за глобализм Обамы-ред.) и подрыва глобализации не привело к созданию новых глобальных союзов, ориентированных на гуманитарную область и человеческое достоинство.

Вместо этого он возродил национальное религиозное сознание в России, Соединенных Штатах, Индии и в нескольких местах Европы (таких, как Польша, Венгрия, Италия и Бавария).
Отношения церкви с мировыми державами исторически сложны, учитывая тесное сотрудничество между Римом и европейскими императорами во втором тысячелетии. Но нет никаких сомнений в том, что Католическая церковь в области богословия расходится с национальной политикой начиная с 19-го века.


Папа Франциск продолжает глобалистскую традицию, которая отмечалась в течение последних пяти десятилетий родословной дипломатов Святого престола, связывающих его государственного секретаря кардинала Пьетро Паролина с родословной Павла VI и Иоанна Павла II, кардинала Агостино Казароли.

Такая родословная также связывала недавно умершего кардинала Жан-Луи Таурана с одним из архитекторов Восточной политики, кардиналом Ахиллом Сильвестрини.
Все это говорит нам о том, что Католическая церковь при Франциске находится в поразительном противоречии с политическим духом времени, а не только с вопросами социально-экономической справедливости и окружающей среды.

Папа сегодня обращает свой голос не к тем, кто отрицает Христа, как делали коммунисты, а к тем политикам, которые пытаются использовать христианство в своих этно-националистических проектах.
Десять дней, которые отделяют встречу в Бари от саммита в Хельсинки, проясняют расстояние между Франциском и тандемом Путина и Трампа. Первый — самый важный лидер мирового христианства, а два других — мировые лидеры, которые стремятся использовать христианство для консолидации власти.

Но Франциск не сталкивается с проблемами только от политиков. Он также должен решать проблемы, обусловленные политическими инстинктами многих членов его собственной Церкви. Это не просто политика простых католиков, обеспокоенных глобализацией, которые голосовали за таких популистов, как Маттео Сальвини в Италии или Маркус Седер в Баварии.

Есть также некоторые видные интеллектуальные католики на Западе, которые сильно критиковали Франциска. Они формулируют теологию, которую можно было бы назвать “американский католицизм в первую очередь”, поэтому их презрение к католической Европе является презрением к истории восточной политики Ватикана.

И их взгляд на роль Католической Церкви в поиске путей диалога с другими христианами, нехристианами и секулярными тенденциями в современном мире резко расходится с видением Папы Римского. Франциск продолжает ставить церковь на сторону «мира во всем мире» и человеческого достоинства.

На это скептически (мягко говоря) смотрят те, кто считает, что католицизм-это лучший способ определить культурно-политическую идентичность на коррумпированном, аморальном Западе и, следовательно, лучший доступный способ определить своих врагов.

Самой большой проблемой для геополитики Католической церкви и христиан сегодня является не Дональд Трамп или Владимир Путин. Это столкновение между альтернативными ветвями христианства и католицизма в этом разрушенном глобальном мире.

 

Оригинал публикации https://international.la-croix.com/news/trump-putin-and-christianity/8010 

One comment

  1. На мой взгляд, публиковать статьи, подготовленные еретиками, нужно с обязательным комментарием, дающим понимание того, зачем такая публикация делается. «Довольно интересно посмотреть» не является таким объяснением.

Прокомментировать

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *