История Модернизм и экуменизм

70 лет назад был образован Всемирный Совет Церквей

С 22 августа по 4 сентября 1948 года в Амстердаме прошла первая установочная Ассамблея «Всемирного совета церквей» (ВСЦ), положившая начало работе крупнейшей экуменической организации. Три с половиной сотни делегатов, представляющие 145 общин из 44 стран мира, в течении двух недель обсуждали вопросы «общественного и церковного нестроения» современного им общества и заложили основные векторы развития Совета.

Первому пленарному заседанию в истории ВСЦ предшествовало торжественное открытие, сопровождавшееся крупнейшим на тот момент экуменическим молебном. В амстердамском соборе XV века, с названием под стать духу мероприятия — «Ньиве керк» (Новая церковь), после торжественных речей организаторов со стороны православных участников зазвучал гимн “Oikoumenikos” («Вселенский»), затем традиционная индийская поэзия теварам и немецкая версия католического гимна «Господи, благословенно имя Твое». Ужасающая какофония языков, смыслов и звуков, достойная быть иллюстрацией событий Вавилонского столпотворения, должна была, по мысли организаторов, подчеркнуть «вселенский», всемирный характер новой экуменической организации. Однако на деле видимое единство участников не могло скрыть засевшие в среде экуменистов противоречия и недопонимания. Оценка событий Второй Мировой войны и процессов деколонизации, понимание сути христианской миссии или даже самого характера ВСЦ (является он «сверхцерковью» или нет) – ни по одному из этих и многих других вопросов у делегатов не было единого мнения.

Всемирный Совет Церквей, ВСЦ, экуменизм

Летом 1948 года в кулуарах мероприятий по подготовке Ассамблеи шла борьба быть может десятка различных проектов будущего развития «Всемирного совета церквей». Среди настроений, витавших в среде организаторов, доминирующую позицию занимало понимание ВСЦ как новой по форме (всемирной), но старой по сути (протестантской) «церкви», которая должна была объединить в себе «лиц всех человеческих рас». Эта идея наложила существенный отпечаток на формирование программы Ассамблеи. Так, например, в конце каждого дня заседаний было предусмотрено проведение всеобщего вечернего богослужения, в основу которого была положена преимущественно англиканская музыкальная традиция.

На фоне категорического отказа от участия в работе Ассамблеи Православных Церквей СССР (Русской и Грузинской), Болгарии, Румынии и Югославии, официального предостережения Папы Пия XII о недопустимости содействия экуменическому движению, а также игнорировании Ассамблеи протестантскими церквями из бывших европейских колоний, заявления организаторов о решимости заключить завет на обновление и единство выглядели мягко сказать комичными.  Если и могла речь идти о каком-то единстве, то только о единстве реформаторских «церквей», но никак ни о единстве всех христиан.

Среди настроений, витавших в среде организаторов, доминирующую позицию занимало понимание ВСЦ как новой по форме (всемирной), но старой по сути (протестантской) «церкви», которая должна была объединить в себе «лиц всех человеческих рас»

23 августа в Концертном зале Амстердама всё же состоялось первое пленарное заседание Ассамблеи. Это точка отсчёта в жизни ВСЦ, дата её рождения. Модератором заседания стал архиепископ Кентерберийский Джеффри Фишер. Однако первым слово взял не он, а «главный архитектор» «Всемирного совета» – пресвитерианский священник Сэмюэл Каверт. Именно он когда-то предложил название для этой экуменической организации, которую до конца дней он будет считать своим детищем, именно ему доверили произнести напутственное слово перед делегатами. Он предупредил собравшихся, что это не “очередная экуменическая конференция”, а новый “постоянный инструмент общения и сотрудничества в мировом масштабе”.

Выступление маститого экумениста было вынужденным шагом, потому что ни о каком единстве мнений среди делегатов не могло идти и речи. Многие из них и вовсе не понимали, что может дать новая организация и для чего она может понадобиться. Не было чёткого плана действий даже у организаторов. Вот как описывает в своей статье «Амстердам 1948» нынешний директор комиссии веры ВСЦ Одэр Педросо Матеус (Odair Pedroso Mateus) финал пленарного заседания того рокового августовского дня: «Архиепископ Фишер поднялся и предстал перед Ассамблеей: «Согласно распределению голосов, которые вы только что отдали, «Всемирный совет церквей» объявляется учрежденным». Аплодисменты. Затем странное молчание: видимо, никакого плана, что делать дальше, не было».  

Ни о каком единстве мнений среди делегатов не могло идти и речи. Многие из них и вовсе не понимали, что может дать новая организация и для чего она может понадобиться. Не было чёткого плана действий даже у организаторов

По сути, заседанием 23 августа были исчерпаны все рабочие моменты Ассамблеи. 28 августа состоялась межконфессиональная служба покаяния и подготовки к «причастию». В воскресенье, 29 августа, во все той же «Новой церкви» Амстердама десятью служителями из разных реформационных церквей была сослужена литургия. Таинство евхаристии, каковым его воспринимали участники, было последовательно совершено англиканами, православными и лютеранами. Всё это ещё раз подчеркнуло каноническую неправомерность тех событий.

Несмотря на принятую на том заседании резолюцию, ВСЦ ещё на десятилетия вперёд оставался организацией аморфной и скорее виртуальной, чем действительной. Не было у ВСЦ и определенного реальных оснований заявлять о своей «всемирности». Даже с учётом участия в работе Ассамблеи ряда православных иерархов (в частности, экзарха Константинопольского Патриархата в Европе митрополита Фиатирского Германа (Стринопулоса), который прежде в июле 1948 года посетил Всеправославное Совещание в Москве), большинство православных не приняло экуменического движения. Московское совещание благодаря заслугам выдающихся богословов, в том числе и архиепископа святителя Серафима (Соболева), ясно и недвусмысленно обозначило позицию православных по отношению к экуменическому движению, и во многом стало тем важным сдерживающим фактором, который не позволил пастору С. Каверту и его окружению окончательно продавить идею ВСЦ как «сверхцеркви». Однако, пойдя на такое тактическое «отступление», ВСЦ не изменил своей сути. И сегодня мы очень нуждаемся во взвешенном и строго православном ответе на вызов экуменизма, в том числе через выход Русской Православной Церкви и иных Поместных Церквей из экуменического движения.

Прокомментировать

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *