Кандидат философских наук, сотрудник богословского факультета ПСТГУ Илья Сергеевич Вевюрко — о проблемах современной церковной науки и о том, какой тип личности она формирует.

Меня попросили прокомментировать запись в Telegram* А.В. Шишкова** по поводу «исповеди» бывшего священника Александра Усатова, опубликованной в журнале «Сноб». Шишков связывает казус Усатова с провалом «реформы преподавания библеистики» в России. Замечательно, что на своём собственном сайте сам Усатов отвечает на такой же тезис со стороны известного библеиста А.С. Десницкого.

Илья Сергеевич Вевюрко.

Шишков пишет: «По признанию бывшего священника, он в последние годы стал читать западных библеистов, в частности, Барта Эрмана, которые открыли ему глаза на “великий обман” в книгах Священного Писания. Человек увидел рядом с собой целый мир и по-неофитски окунулся туда. Его несколько наивный текст показывает, что в духовной школе (окончил с отличием богословский факультет ПСТГУ) никакой прививки современной библеистики он так и не получил».

Десницкий пишет: «Не хочется жаловаться или хвастаться, но я написал в свое время “Введение в библейскую экзегетику”. Смею думать, что человек, внимательно прочитавший эту книгу, уже не склонен считать книги Эрмана разорвавшейся бомбой (и разорвавшей его личную веру на куски). Но в РПЦ это не нужно никому, это подозрительно, это странно, это опасно».

Усатов же отвечает: «Я писал о целом букете причин и мотиваций, ни одна из них не является главной или единственной… Я уже в школе отверг “прелести” школьного богословия XIX в., поэтому полюбил книги Антония Сурожского, Христоса Яннараса, Иоанна Зизиуласа, Александра Шмемана, Алексея Уминского и иных сторонников христианства с человеческим лицом. Между “школьным богословием” и Эрманом для меня были о.Александр Мень, Джеймс Д. Данн, Мецгер, Кассиан (Безобразов), Гальбиати Э. и Пьяцца А. (Трудные страницы Библии), Эванс и Бокэм, Ивлиев и Андрей Десницкий».

Что здесь остаётся сказать?

Реформа ваша запоздала, господа, она благополучно проведена без вас в уме и сердце многих представителей той самой РПЦ (воспринимаемой, пожалуй, именно как аббревиатура, как рамочное объединение по интересам или общему прошлому, с которым жалко расстаться, а не как живая церковная традиция), в которой это, якобы, «не нужно никому». Современные молодые люди, ищущие себя при церкви, в том числе учащиеся в ПСТГУ, читают и Эрмана, и тех, кто рассчитывает быть против его гиперкритической позиции «противоядием». Они даже заранее принимают это «противоядие», что не мешает им и помимо Эрмана, и при его содействии отравиться самым обыкновенным деизмом, по сути – просто неверием в то, что представляет собой теистическую аксиоматику: и творение, и страшный суд являются моментальными переломами, расставляющими все акценты, необходимые для теодицеи.

А. Усатов в «постскриптуме» к своей записи в адрес А. Десницкого делает ещё такое, в высшей степени характерное наблюдение: «Учебник ПСТГУ “Введение в библейскую экзегетику” стоит на полке преподавателя Ветхого Завета в Донской семинарии. Студенты на протяжении трех лет получают письменные задания по трудным местам Библии. Вот прямо по образцу из этого учебника. Каковы результаты? Сначала они понимают, что “согласие отцов” (Consensus patrum) – иллюзия, а потом возникает убеждение, что по конкретным сложным темам духовной жизни Церковь всегда давала и сейчас даёт подчас противоположные советы. На любой вкус».

Так что если уж говорить о феномене ухода бывшего священника Александра из Церкви как о последствии получения им церковного образования, то вот оно, это церковное образование, которое он получил: вместо последовательно выстроенной ортодоксии, которая действительно имела место в дореволюционной церковной науке и воспитала полк новомучеников, мы, претендовавшие в плане амбиций (судя по размаху учебных программ и привлекаемых в них «мировых авторитетов») на столбовое дворянство и чуть ли не владычество морское, имеем фрагментированное, распадающееся поле мнений и уступок духу времени, воспитывающее двуличные, невротические характеры с глубокой внутренней трещиной.

Картина, в которой церковные учебные заведения на Руси представляют собой рассадники традиционализма и «мракобесия», к сожалению, только карикатура, причём мне трудно поверить в то, что со стороны Шишкова она несознательна. В действительности лишь отдельные церковные учёные пытаются всерьёз согласовать то, что предоставляет им всегда флуктуирующий исследовательский материал, с тем, во что они верят и что как священники, согласно присяге, должны проповедовать.

Но дело даже не в этом. А.В. Шишков не договаривает самого важного: ведь Усатов не просто разочаровался в Церкви как институте (для чего действительно есть много поводов, хотя и не больше, чем в любую другую эпоху), не просто поставил под сомнение Священное Писание, он «потерпел кораблекрушение в вере» и считает «теизм» (т.е. веру в личного Бога как Господа – всемогущего Творца мира) отныне «мёртвым». И у меня, на самом деле, есть сомнение в том, что для самих-то авторов Телеграм-канала «Православие и зомби» дела с теизмом обстоят иным образом. Они просто не отошли ещё, в отличие от более честного Усатова, «от идеи реформирования Церкви, проповеди лайт-православия и церковности “с человеческим лицом”».

Что касается самого бывшего священника, отдавая должное его честности, можно только пожалеть о нём: ведь он ушёл не от «фриков» в Церкви, а от Живого Бога – к кому же теперь идти?

Примечания редакции сайта Аналитического центра свт. Василия Великого:

* Имеется в виду запись в «Телеграм»-канале «Православие и зомби», который ведут теолог А. Шишков (бывший секретарь Синодальной библейско-богословской комиссии) и К. Лученко. Полный текст записи:

«Два дня назад на «Снобе» вышла исповедь бывшего священника Александра Усатова (https://snob.ru/entry/191601). В марте он снял с себя сан, и сейчас пытается объяснить, почему это сделал. Усатов не был рядовым священнослужителем, одно время он возглавлял миссионерский отдел своей епархии и преподавал в местной семинарии. Среди всяких прозрений об ужасах церковной жизни (понадобилось 15 лет, но лучше поздно, чем никогда) есть довольно интересный фрагмент про поиск исторического Иисуса. По признанию бывшего священника, он в последние годы стал читать западных библеистов, в частности, Барта Эрмана, которые открыли ему глаза на «великий обман» в книгах Священного писания. Человек открыл для себя целый мир и по-неофитски окунулся туда. Его несколько наивный текст показывает, что в духовной школе (окончил с отличием богословский факультет ПСТГУ), никакой прививки современной библеистики он так и не получил.
А мог ли получить? Маловероятно. В большинстве духовных школ РПЦ библеистика находится на уровне 19 века. Кое-где ею занимаются, не зная древних языков. Местами единственным источником знаний по библеистике становятся толкования отцов церкви в русских переводах. Современная же западная библеистика критикуется как бездуховная, а фамилией Бультмана пугают студентов, как будто это – еретик пострашнее Ария или Нестория. Такая наука двухсотлетней давности лежит в основе популярных православных книг и документальных фильмов на библейские темы. Конечно, стоит упомянуть энтузиастов среди священников и мирян, которые на свой страх и риск (потому что могут получить обвинения в «ереси протестантизма» от разных ревнителей православия) самостоятельно изучают современную библеистику и обсуждают прочитанное в небольших кружках, но этого недостаточно. Показательно, что лучшая образовательная программа по библеистике сейчас действует в светской Высшей школе экономики.
На заре нынешнего понтификата у нас в Синодальной библейско-богословской комиссии (еще при митрополите Филарете) был проект по подготовке общецерковного вероучительного документа о Священном писании, наподобие католической догматической конституции Dei Verbum. По задумке лучших российских библеистов, участвовавших тогда в обсуждении, этот документ должен был создать условия для работы над новым общецерковным переводом Библии на русский язык, а также запустить реформу преподавания библеистики в духовных школах, в том числе одобрить включение современных библейских исследований в учебные и научные программы. Но, к сожалению, проект не получил поддержки священноначалия. А теперь мы имеем вот такое».

Илья Вевюрко о церковной науке, Священном Писании и экуменизме

«Единственный способ защиты репутации от медийно влиятельных противников есть блюдение чистоты своих рядов»

Церковнославянский язык — незыблемая основа богослужения

 

Илья Сергеевич Вевюрко
isv@localhost.com
Кандидат философских наук, ст. преподаватель философского факультета МГУ им. М.В. Ломоносова и богословского факультета ПСТГУ. Автор книги «Септуагинта: древнегреческий текст Ветхого Завета в истории религиозной мысли». Лауреат научной Шуваловской премии МГУ.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *